О родительском сострадании

Пол Экман

Как становится ясно далее, в рассуждениях Далай-ламы допу­скается вероятность того, что когда человек дает жизнь ребенку или усыновляет ребенка, не являющегося его биологическим по­томком, это может облегчить проявление сострадания. Но в ка­честве реакции на невозможность стать родителем или обрести родителей вероятно и возникновение противоположного чувства. Люди могут также предоставлять компенсацию и с большей веро­ятностью становиться более сострадательными. Таким образом, возможно, лучшее предсказание будет заключаться в том, что бу­дут проявляться обе крайности. Однако другая возможность со­стоит в том, что способность к состраданию развилась у млекопи­тающих до такой степени, когда она уже не требует родительского опыта ни у источника, ни у реципиента для того, чтобы выразить свое сострадание.

Доржи: Люди, не имеющие нормальных отношений со своими матерями, не должны пытаться форсировано действовать таким образом. Один из учителей Его Святейшества часто цитировал слова Будды: «Для тебя каждый человек является чьей-то мате­рью и чьим-то отцом». Поэтому в действительности дело не огра­ничивается только матерью. Тем, кто имеет плохие отношения со своими матерями, вместо этого следует думать о тех, кто действи­тельно им дорог, кто им приятен, а затем попытаться распростра­нять тот же тип чувства на других.

Экман: Исследования отношений между матерью и ребенком говорят о том, что если мать не привязана к ребенку, то это име­ет долгосрочные последствия. Когда такой ребенок вырастает, он проявляет меньше заботы о других людях.

Далай-лама: Да, это очень вредно. (Через переводчика.) Макаки, о которых вы говорили, способны проявлять сострадание к знако­мым им обезьянам той же породы.

Джинпа: Но они не способны распространить его на других су­ществ. Подобная способность свойственна людям.

Далай-лама (через переводчика): Мы должны научить обезья­ну в первую очередь распространять сострадание на представите­лей той же породы, которые не находятся с ней в родственных от­ношениях.

Экман: Верно.

Далай-лама (через переводчика): Следующий шаг будет заклю­чаться в том, чтобы научить их проявлять сострадание к тем, кто не принадлежит их породе. Здесь важную роль будет играть ин­теллект.

Экман: Если я правильно понимаю ваши слова, то ключевым элементом здесь будет то, что я называю «эмоциональным резо­нансом», — ощущение страдания другого индивида.

Далай-лама (через переводчика): Да, это ключевой элемент.

Экман: Я размышлял о ваших словах, произнесенных во время нашей первой встречи в Дарамсале, о том, что когда вы слыши­те или читаете о массовых убийствах людей, то вы испытываете страдание, но оно быстро проходит. Но теперь означает ли крат­ковременность этого чувства, что вы должны обязательно про­должать испытывать страдание для того, чтобы предпринимать действия, направленные на прекращение страданий других лю­дей?

Далай-лама: Вот почему в буддистской литературе делается ак­цент на то, как практика сострадания должна быть уравновешена практикой здравомыслия, потому что сострадание должно сопро­вождаться проявлением отваги. Если вы просто сосредоточивае­тесь на страданиях других людей, то это может оказать на вас де­прессивное воздействие.

Известна история о великом тибетском специалисте по медита­ции, авторе «Восьми стихов о тренировке разума», известном под именем «Плачущего» Лангри. По-видимому, проявление сострадания было его обычным занятием, и страдания чувствующих су­ществ постоянно оказывали тяжелое влияние на его разум. Люди рассказывали, что он непрерывно плакал. Что является важ­ным с буддистской точки зрения, так это дополнение подобной практики проявлением мудрости. Если вы хотите что-то сделать, то, если вы обладаете смелостью, вам это удастся. В буддистском образе жизни считается, что «пробуждение разума» (*Под «пробуждением разума» понимается альтруистическое желание достичь просветления ради всех чувствующих существ.) должно до­стигаться за счет двух желаний. Первое — это желание избавить людей от страданий и наставить их на путь Будды. Второе же­лание заключается в поиске этого более совершенного состояния с тем, чтобы вы могли осуществить задуманные действия. Поэто­му здесь присутствует и элемент смелости, и элемент сострада­ния как желания победить страдание.

Экман: Для меня новая информация здесь заключается в необ­ходимости вырабатывать убежденность после первого шага, ко­торый обеспечивает просто знание.

Далай-лама: Верно.

Экман: Затем вы должны непрерывно размышлять об этом до тех пор, пока вся ваша внутренняя основа не изменится. Пока ваш разум не станет другим. Это должно в вас глубоко укоре­ниться. Тогда вам не нужно будет больше думать об этом.

Далай-лама: Правильно.

Экман: Это становится частью вашего Я.

Далай-лама: Верно.

Экман: Полная перестройка вашей когнитивной основы проис­ходит благодаря непрерывному размышлению над этим знани­ем. И в этом состоит суть, как я ее понимаю, практики медита­ции.

Далай-лама: Правильно. Но я думаю также об отрицательной стороне этого, она проявляется здесь же. Речь идет о возможно­сти идеологической обработки. Потому что человеческий разум может быть изменен и в результате одностороннего обучения.