О значении осознанности

Алан Уоллес

Хотя осознанность, или памятование (sati), зачастую отождест­вляется с обычным вниманием [что неверно], на самом деле обыч­ное внимание соответствует используемому в языке пали термину manasikara — «внимание», или «ментальная вовлеченность». Под ним понимаются начальные доли секунды, в течение которых че­ловек обращает внимание на объект прежде, чем он начинает его узнавать, идентифицировать и концептуализировать, но в буд­дистских трактатах это не рассматривается как полезный психи­ческий фактор. Manasikara этически нейтральна. С другой сторо­ны, основное значение sati — это памятование, отсутствие забы­вания. Оно включает в себя ретроспективную память о прошлом, перспективное запоминание того, что надо сделать в будущем, и воспоминание, сосредоточенное на настоящем, — в смысле со­хранения неослабного внимания к окружающей действительно­сти. Противоположностью осознанности, или памятованию, явля­ется забывание, поэтому памятование, применяемое, к примеру, к дыханию, подразумевает непрерывное, неослабное внимание к процессам вдоха-выдоха. Памятование может использоваться для поддержания обычного внимания (manasikara), но традицион­ные буддистские источники никогда не отождествляли памятова­ние с таким вниманием.

Когда памятование приравнивается к «обычному вниманию», это легко может привести к неверному представлению о том, что развитие памятования не имеет ничего общего с этикой или с раз­витием здоровых состояний психики и ослаблением нездоровых, Нет ничего более далекого от истины. Там, где памятование при­числяется к здоровым психическим факторам, оно представляется не как обычное внимание, а как психический фактор, который четко отделяет здоровые психические состояния от нездоровых и здоровое поведение от нездорового. Оно используется для под­держки здоровых состояний и противодействия нездоровым.

Развитие обычного внимания полезно во многих отношениях, и мы наблюдаем рост числа исследований, посвященных его бла­готворному влиянию на лечение психологических и физиологиче­ских расстройств. Но было бы неправильно уравнивать обычное внимание и памятование, и еще более серьезной ошибкой было бы полагать, что все это имеет отношение к vipassana (направлен­ная на понимание сущности вещей медитация, разработанная для эмпирического осознания ключевых характеристик реальности; освобождает психику от аффликтивных тенденций). Если бы это было так, то все буддистские учения об этике, samadhi (прочное, устойчивое внимание и медитативные практики, предназначенные для развития навыков поддержания внимания) и мудрости оказа­лись бы ненужными. Слишком часто люди, наивно полагающие, что обычное внимание — это все, что есть в медитации, отвергают все остальное в буддизме как «болтовню» и «идолопоклонство». В результате отбрасываются основные идеи учения, а не собствен­ные предубеждения. <…>

Чистое памятование как спокойная, нереактивная осведомлен­ность о медитативной цели индивида играет ключевую роль в прак­тике shamatha, которая смягчает остроту таких аффликтивных со­стояний, как страстное желание, антипатия, уныние, тревога и со­мнение. Обычное внимание — это несовершенная практика, но само по себе оно может быть полезным, хотя и в очень ограничен­ных пределах.

(Доктор философии Алан Уоллес, давно принявший сан буд­дистского монаха, является директором и основателем некоммер­ческого Института изучения сознания (Санта-Барбара) и автором многих книг по буддизму.)

Экман: Я хочу поднять технический вопрос. Вы каждый день подолгу сидите и концентрируете свое внимание на том, как при дыхании воздух проходит через ваш нос в одном и другом направ­лении, — почему это должно помочь вам иметь дело с вашими эмо­циями в реальном мире?

Я признаю, что так оно и есть на самом деле. В 2006 году я про­вел семь дней в психиатрической лечебнице, где прошел специаль­ный курс занятий под руководством Джозефа Голдштейна и Ша­рон Зальцберг. Ежедневно в течение восьми часов я должен был сидеть и концентрировать свое внимание на дыхании. Это было трудно. Очень трудно. (Далай-лама и Джинпа сочувственно смеются.) Я также занимался медитацией во время прогулок, что не так тяжело, но все равно непросто, и медитацией во время еды (*Голдштейн и Зальцберг — известные преподаватели медитации, воз­главляющие Общество инсайт-медитации в Барре, Массачусетс. При дыхательной медитации сознательное внимание направляется на то, как при дыхании воздух проходит через ваши ноздри. При медитаций во время прогулок сознательное внимание направляется на то, как вы поднимаете при ходьбе ногу, переносите ее вперед и ставите на землю и т. д., причем эти движения должны выполняться вами очень медлен­но. В случае медитации при приеме пищи сознательное внимание на­правляется на то, как вы берете с помощью вилки кусок пищи, как вы поднимаете вилку и подносите ее ко рту, причем все эти движения так­же повторяются в очень медленном темпе.). Каждое из этих медитативных упражнений имеет общую направ­ленность, заключающуюся в том, что вы фокусируете сознание на том, на чем у нас нет потребности фокусировать его в повседнев­ной жизни.

В детском возрасте вы должны были научиться пользоваться вилкой. После того как вы этому научились, вы больше никогда не думаете о том, как подцепить вилкой кусочек пищи и поднести его ко рту. Вы никогда не промахнетесь, и пища обязательно по­падет вам в рот. Вы совершенно об этом не думаете! То же самое происходит и при ходьбе. Исключением может быть случай, когда вы идете по булыжной мостовой или внезапно спотыкаетесь и за­тем начинаете думать о каждом следующем шаге. О дыхании мы не думаем никогда. Что мы делаем во время таких медитативных сеансов, так это вырабатываем навык, который в определенном смысле нам просто не нужен. Очень трудно сфокусировать внима­ние на дыхании, потому что оно осуществляется автоматически. Такими нас сделала природа, и поэтому концентрация внимания на дыхании для нашего существования не нужна. Но это вспомо­гательный навык, и если мы научимся это делать, то тогда мы при­обретем способность автоматически осуществлять мониторинг на­ших психических процессов, а это значит, что мы будем создавать новые нейронные связи для мониторинга того, что происходит без участия нашего сознания.

Если вы создаете эти новые связи, которые совершенно не нуж­ны для дыхания, ходьбы и приема пищи, то это позволит вам наблюдать автоматическую природу эмоций. Если вы выработаете в себе умение фокусироваться на своем дыхании в течение все более и более продолжительных периодов времени, то тогда сам этот выработанный вами навык принесет пользу вашим эмоциям, потому что ваши эмоции также возникают автоматически. Я уже высказывал это предположение, но никто не отреагировал на не­го, так что я не знаю, имеет ли оно значение для людей западной культуры. Я хотел бы узнать, что вы думаете об этой идее. Имеет ли она смысл с точки зрения объяснения того, почему фокусиро­вание внимания на дыхании помогает увеличить временной ин­тервал между импульсом и действием?