Подводный - Знаки на пути, часть 25

Набор слепков объекта с точки зрения разных истин представляет собой картину мира в сознании человека. Чем более эти слепки согласованы друг с другом, тем более цельной она является. Каждая новая истина дает новый слепок и тем самым как-то изменяет цельность картины мира. Человеку неприятно, когда новая для него истина уменьшает цельность его картины мира, так как стремление к постижению единства мира есть фундаментальнейшее духовное стремление. Поэтому он склонен отвергать такую истину, объявляя ее ложной, то есть игнорируя соответствующий слепок. Однако, накопив в подсознании целую систему таких игнорируемых истин, он может в некоторый момент просветления включить их все в свою сознательную картину мира, которая при этом увеличит свою цельность. Но дожидаться, пока это произойдет спонтанно, можно очень долго, и на определенном уровне сознания человек старается держать ум открытым, не игнорируя никакие концепции. Ответ на данный вопрос может дать медитация на самой нелепой теории.

Истина выражается в форме текста. Текст является результатом медитации автора в направлении некоторой истины. Сам по себе текст смысла не имеет. Его понимание есть медитация читателя на данном тексте под некоторым углом зрения. В зависимости от угла зрения, то есть направления внимания читателя, результат медитации будет различным. В наш век объективации тексты читают по возможности "объективно", то есть стараясь абстрагироваться от угла зрения читателя и от личности автора. Однако восприятие идет значительно точнее, если воспринимать не только текст, но и автора, стоящего за ним (так мы читаем письма близких людей).

На низком уровне духовного развития человек может воспринять только одну истину. Рассогласование двух различных истин для него настолько болезненно, что одна из них вытесняется или объявляется категорически ложной (религиозная или научная нетерпимость). На следующем уровне человек способен воспринять несколько истин, при условии, что он наладит между ними определенное согласование, а на рассогласования закроет глаза (то есть вытеснит в подсознание; то же относится и к обществу). Однако по мере расширения сознания закрывать глаза на рассогласование истин становится все труднее, так как картина мира уточняется, и наступает предел, так сказать, разрешающей способности ума, а внутренняя честность, возрастающая вместе с духовным уровнем, выводит рассогласование в сознание.

Момент осознания недостаточности ментального познания мира есть важнейший момент духовного пути человека (и общества); обычно он сопровождается глубоким кризисом. Дело в том, что уму, тем более развитому, трудно добровольно признать свое поражение; он слишком долго радовал эго своими достижениями. Поэтому эго должно испытать много горя, пока оно созреет для окончательного отказа от удовольствий, доставляемых умом. Однако путь духовной эволюции именно таков. Мир в его единстве можно познать лишь непосредственно-чувственно, точнее говоря, сверхчувственно (см. ниже).

Таким образом, говорить о правильности или неправильности истины бессмысленно, так как истина есть взгляд на мир, то есть способ его освещения, и в этом смысле она верна, поскольку освещает мир, а не что-нибудь еще, и неверна, поскольку его искажает. Можно, однако, говорить о недостаточности или избыточности истины для человека. Каждая истина, как луч прожектора, имеет свою степень фокусировки и, следовательно, освещенности объекта. С другой стороны, каждый человек обладает индивидуальной способностью к концентрации внимания на объекте, то есть ему для восприятия объекта нужна вполне определенная степень яркости его освещения. Эти две величины должны совпадать. Иначе, если яркость освещения объекта истиной недостаточна для человека, он говорит, что данная истина для него слишком примитивна; если же яркость освещения объекта истиной превышает возможности его восприятия, его глаза слепит, и он говорит: "Слишком глубоко копаешь".

Сказанное выше касается относительно высокого уровня абстрактного мышления, когда истина воспринимается как модель действительности, система взглядов и т. п. На более низком уровне мышления истина воспринимается как факт: земля шарообразна. Однако и в этом случае основная нагрузка истины идет не на сам факт, а на способ видения мира. Утверждение "земля шарообразна" по существу означает изотропность пространства, то есть отсутствие выделенного Богом направления (снизу вверх в случае плоской Земли). А это уже именно взгляд на мир, а не только факт.

Философское осмысление квантовой механики и обеих теорий относительности, не говоря о более современной физике, катастрофически задерживается. Философы для этого слишком плохо знают математику, а физикам некогда: они занимаются "содержательными" проблемами.

 

Эстетическое познание

Ощущение красоты в человеке спонтанно; ему нельзя научить и научиться. Оно приходит одновременно с истинным восприятием объекта, то есть в тот момент, когда мы начинаем ощущать в нем Бога. Параллельно с этим чувством появляется ощущение единства, законченности, связанное с единством мира, который весь воплощается в любом объекте. До тех пор, пока у человека не появилось ощущение красоты и единства объекта, можно быть уверенным, что объект не познан, что человек, в лучшем случае, на подходе к познанию.

Когда человек в своем познании объекта доходит до той стадии, что объект кажется ему прекрасным, у него возникает импульс выразить свое ощущение этой красоты, и он интуитивно (и совершенно справедливо) чувствует, что его восприятие отличается от восприятия всех прочих людей. Обычно именно этот импульс называют творческим, хотя в действительности понятие творчества гораздо шире (см. главу 2). И человек, повинуясь творческому импульсу, творит: пишет стихи, картины, письма возлюбленной. Удовлетворение от творчества человек получает постольку, поскольку в продукте творчества ему удается выразить специфичность восприятия объекта его чистым сознанием, то есть высшим "я". Восприятие чужого творчества идет так же, как и любого объекта: оно кажется тем лучше, чем большую информацию о подлинном бытии в его единстве мы при этом получаем. Существенную помощь в восприятии оказывает настройка на высшее "я" творца (но не информация о его социальной личности!). Так, иногда, если читатель настроен на автора, бездарные в обычном смысле стихи могут оказать сильное эстетическое воздействие. Самобытность творца определяется не своеобразием его высшего "я", которое всегда уникально, а толщиной барьера банальности, воздвигаемого его ленивым эго.

Продукт эстетического творчества (расположенный в тонком мире) играет в эстетическом познании ту же роль, что философская система в философском познании или модель в научном. Он является образом мира под данным углом зрения. Поэтому правильно говорить не о бездарности произведения искусства, а о его недостаточной информативности для данного человека. Понятно, что информативность произведения искусства для человека существенно зависит от его способности извлекать информацию; следует помнить, что любой объект содержит информацию обо всем мире.

Так же, как и наука, искусство является тупиковой ветвью познания. Трагедия творчества заключается в том, что Бога можно познать, но нельзя выразить. Однако искусство, быть может, в большей степени, чем наука, настраивает человека на непосредственное восприятие мира, что является путем, приводящим к познанию Бога. С другой стороны, момент, когда человек в своей духовной жизни изживает искусство (оно становится для него недостаточным), сопровождается для него глубоким кризисом, метаниями из одной области искусства в другую, каторжным трудом, сумасшедшим домом и т. д. до физической смерти включительно.

Величайшие честность и мужество требуются человеку для того, чтобы осознать, что очередной отрезок пути пройден, и начать сначала.

 

Интересные материалы

Единство уровней — Теперь обратимся к исключительно интересной теме, а именно к происхождению самого сознания. Какова материальная причина первого момента осознания — после зачатия человеческого...

Глава 5 ВЫСШЕЕ ЧУВСТВО Во время недавнего путешествия по Европе я воспользовался возможностью посетить бывший нацистский лагерь смерти в Аушвице. Даже хотя я много слышал и читал об этом месте, я...