Фридриха Ницше, тоже можно встретить короткое упоминание об осознанных сновидениях. Обсуждая возможность использования сновидений для экспериментирования с различными жизненными ситуациями, Ницше говорит, что «вся «Божественная комедия» жизни и Ад (разворачивающиеся перед сновидцем) — это не только... картины на стене, он (сновидец) живет и страдает в этих сценах». Далее философ делает недвусмысленную ссылку на осознанные сновидения: «Эти сцены не лишены ощущения присутствия. Возможно многие, так же, как и я, могут припомнить случаи, когда посреди опасностей и ужасов сновидения их вдруг радостно осеняло: «Это лишь сои! Я могу продолжать спать!».(13) Таким образом, мы видим, что и Ницше — «пророк современности» — переживал осознанные сновидения. Кроме того, по признанию самого Фрейда, он был пророком психоанализа и умер в 1900 году, когда, кстати, вышел фрейдовский шедевр «Толкование сновидений» («Die Traunidc-utung»). В первом его издании нет ни одного прямого упоминания об осознанных сновидениях. Но уже во втором издании Фрейд замечает, что
«существует множество людей, которые могут достаточно ясно осознавать, что спят и видят сон, и, таким образом, обладают возможностью сознательного направления своих сновидений. Если, например, подобный сновидец оказывается неудовлетворенным течением сновидения, он может, не просыпаясь, прекратить его и начать все снова — так популярный драматург под давлением может придумать для своей пьесы счастливый конец».(14)
У Фрейда есть еще одно упоминание об осознанных сновидениях, по-моему, больше говорящее не о феномене, а о самом Фрейде: «Если же такой человек видит сновидение, приводящее его в сексуальное возбуждение, он может сказать себе:
"Я не хочу, чтобы это продолжалось и окончилось поллюцией. Я сдержусь и подожду реальной ситуации"».(15) С помощью психоаналитических методов в герое фрейдовского замечания — безымянном сновидце из издания 1909 года — можно с легкостью узнать самого Фрейда. Основываясь на этой интерпретации, можно сделать предположение, что Фрейд изредка переживал осознанные сновидения, однако под давлением своего моралистичного суперэго был вынужден придумывать для своих сновидений «правильные», но не всегда счастливые окончания. Чрезмерная стыдливость и чувство вины за сексуальные фантазии, свойственные XIX веку, могут быть более чем достаточным объяснением воздержания от реализации своих желаний во сне. Несмотря на свое интеллектуальное любопытство к вопросам сексуальности, Фрейд был викторианцем.
Возможно, приведенный ниже отрывок проливает свет на наклонности, обусловившие относительную стерильность взглядов Фрейда на мир сновидений. Во всех последующих работах ко всему сказанному об осознанных сновидениях Фрейд не добавил ничего, кроме разве единственного
