Колин Уилсон - Паразиты сознания, часть 6

Полая бездна разверзлась внезапно у самых моих ног. Ее вид даже не вызвал страха; страх — слишком человеческая реакция. Момент сопричастности с открывшейся истиной наполнил душу ледяным холодом. Все человеческое мне представилось вдруг маскарадом, сама жизнь представилась маскарадом. Похоже, удар этот угодил в самую сердцевину моей человеческой сущности, в нечто такое, что я считал неприкосновенным. Я напоминал короля, привыкшего извечно повелевать и вдруг угодившего в лапы варваров, которые вгоняют ему в брюшину меч. Осознание всего обрушилось на мое представление о себе самом, показав, что все вокруг бесконечно обманчиво. Даже то, одержат паразиты верх или нет, стало для меня в ту минуту совершенно безразличным. Я походил на корабль с распоротым днищем, медленным креном показывающий свою беспомощность.

Паразиты не спешили атаковать. Они смотрели на меня, как, должно быть, смотрят на агонизирующее животное, отравленное ядом. Я сделал попытку шевельнуться, сплотить силы для отражения удара, но, видимо, силы оставили меня окончательно. Я был будто парализован. Мысль о сопротивлении казалась бессмысленной. Мощь моего сознания обернулась против меня. Раньше бы мой ум просто подслеповато помаргивал, глядя в открывшуюся пустоту; теперь он впивался в нее немигающим взором. Они допустили ошибку, что не атаковали сразу же. Им бы удалось меня добить: из меня ушла практически вся сила, и восстановить ее не было времени. Именно так они окончили с Карелом Вайсманом, теперь я знал это досконально точно. Сознание бессмысленности существования, мысль о неизбежном распаде приводят в итоге к одному и тому же выводу: уж так ли плоха смерть в сравнении с этими муками? Жизнь представляется не более чем мучительной привязанностью к телу, к призрачному его существованию. Тело начинает казаться чем‑то таким же отчужденным, как Земля из космоса, с той разницей, что при этом возникает еще и чувство: возвращаться туда бессмысленно.

Да, им следовало атаковать меня именно в тот момент.

Но смерть Карела, видимо, внушала им уверенность, что я умру так же, как он: покончу с собой. Но вот тут они ошибались, такого соблазна я не испытывал. Мой ум не был теперь подвержен нервозной скоропалительности, которая толкнула бы меня сделать непоправимое. Только слабонервная женщина может упасть в обморок, видя, что ей угрожают насилием; особа с более сильным характером понимает, что это не выход из положения.

И мне пришла мысль, позволившая изменить весь ход событий на противоположный. Суть ее была в следующем. Если эти исчадия специально нагнетают чувство полной бессмысленности всего сущего, то сами‑то они при этом, наверное, находятся в каком‑то смысле вне его, насылая это чувство откуда‑то со стороны. И стоило мне об этом подумать, как я почувствовал, что силы

Интересные материалы

Условное обозначение Чарльз снова обратился за разъяснениями, попросив Далай Ламу дать определение термину общепринятый (условный) в том смысле, в котором он его употребляет. Его Святейшество...

«Нет более неисцелимого порока, как слепой и не рассуждающий фанатизм». Е. П. Блаватская. Здравствуйте! Это не только в качестве приветствия, но и как пожелание быть здоровыми. Вероятно, всем...

Бедность языка эмоций Далай-лама (через переводчика): Что касается чувства гордо­сти, то обычно под ним понимается ощущение собственной зна­чимости. В этом вы можете видеть эволюционное назначение...